Перейти к основному содержанию

От бастиона до парка: преображения горки Раннамяги

Летний буфет на горке у Морских ворот, открывшийся в 1886 году и окончательно сгоревший накануне Первой мировой войны.
Фото: Таллиннский городской музей
Скорое трехсотсорокалетие горка Раннамяги встретит через три года изрядно помолодевшей: управа Кесклиннаской части города приступила к долгожданной реставрации памятника архитектуры.

Йосеф Кац

Josef.kats@tallinnlv.ee

На протяжении последних лет двадцати историческое название парка в северо-западной части Старого города неизменно вызывало затруднение у сотрудников СМИ, выходящих на русском языке.

Вопрос о том, как правильнее транслитерировать загадочную «А» с «точкой», или, еще точнее, с «кружочком», красующимся над второй буквой в словосочетании Skåne bastion, может поставить в тупик.

Особенно если не знать правил чтения шведского языка. Или не помнить, что все заложенные шведами в Ревеле бастионы были наречены ими в честь тех или иных провинций Швеции XVII столетия.

Самая южная из них – собственно, Сконе – досталась фортификационному сооружению, призванному надежно защитить главный город Эстляндии и его торговую гавань от незваных гостей, прибывших со стороны моря.

Один из трех

О том, что мощный орудийный рондель Больших морских ворот, позже получивший имя Толстой Маргариты, явно морально устарел, стало очевидным практически к окончанию Ливонской войны.

Сооружение более современного укрепления – пятиугольного бастиона, облицованного снаружи камнем и заполненного внутри грунтом, – впервые обозначилось на плане, составленном в 1634 году.

Реализовать задуманное удалось полстолетия спустя: в 1683 году работы по модернизации фортификационного комплекса Ревеля были начаты, а только через три года – официально одобрены королем.

Завершены они так никогда и не были: к началу Северной войны из одиннадцати намеченных бастионов соорудить успели только три: два – для обороны подступов к замку Тоомпеа, еще один – для защиты порта.

Петровская Россия, вознамерившаяся «ногою твердой стать на море», к наследию шведских фортификаторов на территории балтийских губерний отнеслась по-хозяйски: весь XVIII век бастионы поддерживались в боевой готовности.

Последний раз пушки на них были выкачены в 1854 году, в дни Крымской войны, когда на горизонте замаячили мачты и трубы пароходофрегатов объединенной англо-французской эскадры: Ревель всерьез намеревался принять бой по всем правилам.

По счастью, неприятеля удалось остановить минированием акватории Таллиннской бухты. А после того как он покинул пределы Балтики, ревельскую крепость сочли за лучшее демилитаризовать – как не соответствующую новым требованиям.

Укрепления ее вскоре были переданы военным ведомством городскому магистрату – для оборудования на их месте бульваров, парков и мест общественного отдыха в обозримом будущем, а поначалу – хотя бы для… выпаса скота.

Кстати, из трех бастионов в последнюю очередь цивильным властям отошел именно Сконеский. Оно, собственно, и понятно: он был расположен ближе всего к морю, откуда в последний раз к городу и приблизился враг.

Пора арендаторов

Вживаться в новую роль прежний бастион не спешил: еще и в конце семидесятых годов XIX века он пользовался популярностью разве что у прислуги окрестных домов, которая выбивала на нем ковры.

Между тем преображение местности оставалось лишь вопросом времени: в 1881 году директор Санкт-Петербургского ботанического сада Карл Регель составил план парка, который был реализован через пять лет.

Вновь основанный зеленый оазис городские власти, как было принято в Ревеле той поры, сдали в аренду частному лицу – ресторатору Георгу Викке, который выстроил на горке музыкальную эстраду и деревянный павильон кафе.

Увеселительное заведение на горке у Морских ворот открылось в первый день Пасхи 1886 года. Газетные репортеры были в восторге: вид на море, духовой оркестр, вышколенные официанты, и даже – возможность заказать столик по телефону.

В августе, когда сумерки начали сгущаться, но вечера оставались теплыми, Викке стал устраивать фейерверки, длившиеся более получаса и радовавшие не только посетителей парка, но и жителей Каламая – те наслаждались зрелищем из собственных окон.

К началу следующего десятилетия на бывший бастион стали завлекать и цирковыми представлениями: реклама сообщала о некоем «мистере Блонде, эквилибристе и акробате», а также – о «мисс Артелле, всемирно известной дрессировщице попугаев».

Для любителей более экзотических зрелищ арендатор приглашал на парковую эстраду «даму-борца мадемуазель Розу Клэр» или «женщину-геркулеса Мисс Мэри», чьи атлетические формы, судя по газетным заметкам, «весьма заинтересовали публику».

Развеселая летняя жизнь Сконеского бастиона прервалась в 1899 году, когда возникший то ли от керосиновой лампы, то ли от непогашенной сигары пожар испепелил буфетную эстраду. Основное здание уцелело, но арендатор потерял к делу интерес.

Парк начали арендовать различные общества: вначале остзейское Liedertafel, затем эстонское Estonia. На музыкальном репертуаре это наверняка сказалось в лучшую сторону, а вот на качестве закуски и выпивки в буфете – напротив.

Жаловались в местной прессе и на то, что постоянно сменяющиеся арендаторы не слишком заботятся о поддержании парка в должном порядке и даже забывают порой побеспокоиться об элементарной безопасности гостей.

Так, выстроенные более четверти столетия назад по периметру былого бастиона ограждения прогнили настолько, что посетители, опершись на барьер, падали вместе с ним с высокой стены и получали тяжкие увечья.

Увеселительный парк, созданный некогда ресторатором Викке, прекратил свое существование в 1913 году, когда все его постройки сгорели дотла.

Отцы города решили взять дело в собственные руки, превратить парк в муниципальный – да тут грянула Первая мировая война, и ревельским обывателям стало, видать, не до увеселений.

Война и мир

Всеевропейский вооруженный конфликт, впрочем, парадоксальным образом спас территорию парка от застройки: еще в январе 1914 года здесь намеревались возвести дворец коменданта порта.

Нереализованным, по счастью, остался и проект 1916 года, когда комитет Всероссийских земского и городского союзов решил выстроить на горке у Морских ворот физико-терапевтический институт для увечных воинов.

А вот о чем можно искренне пожалеть – так это о том, что не суждено оказалось установить на бывшем Сконеском бастионе памятник в честь семисотлетия основания Ревеля – вернее сказать, начала письменной истории города.

В двадцатые годы прошлого века некоторому возрождению былой славы парка на горке Раннавярава поспособствовало проведение на нынешней площади Башен международных выставок-ярмарок: для удобства сообщения к ним был выстроен пешеходный мост.

Но выставочные мероприятия отшумели – да и откочевали ко второй трети тридцатых в окрестности современного Певческого поля. Вдобавок и сам парк оказался отрезан от уличной сети Старого города трассой улицы Раннамяэ, проложенной летом 1932 года.

Да и прежний вид на море оказался в значительной степени заслонен трубами Таллиннской электростанции и различными портовыми постройками: газеты писали, что погулять на бастион Сконе приходят все больше пожилые горожане – по старинке.

Жизнь под посаженными еще по планам ботаника Регеля липами и вязами оживала только… по ночам, когда в запущенный парк приходили охотники за дождевыми червями: мальчишки с Каламая продавали их рыболовам с изрядным доходом.

В середине тридцатых годов интерес к недвижимости проявил Кайтселийт: организация обратилась к городским властям с предложением передать им территорию на пятнадцать лет для организации на былом бастионе тира и стрельбища.

Понятно, что в таком случае парк оказался бы закрыт для гражданских лиц. Потому столичное руководство подумало-подумало – да и решило отказать военным: стрельба в центре города вряд ли была бы уместна.

Военные, однако, от намерений окончательно так и не отказались: в толще бастиона решили построить бомбо- и газоубежище, соединив его со зданием Министерства обороны на улице Пагари подземным ходом.

Был ли он проложен или же события лета 1940 года поставили на строительстве крест – так и неясно. Убежище под горкой Раннавярава завершили – позже в нем разместили штаб гражданской обороны.

* * *

В третий раз парк на бастионе Сконе возродился к жизни уже после Второй мировой войны: таллиннцы старшего поколения и по сей день называют его «Матросским» и охотно готовы поделиться воспоминаниями о нем.

Вспомнить и вправду есть что: немудреные, но ностальгические качели-карусели, зеркальный лабиринт, великолепное, без преувеличения, деревянное здание Летнего театра, сожженное вандалами чуть менее четверти века назад.

Каким именно станет парк Раннамяэ к 2025 году, когда начавшаяся в первые дни нынешнего лета реставрация и работы по благоустройству территории подойдут к завершению, и чем он будет манить к себе посетителей – загадывать сложно.

Одно точно: живописный и богатый историей уголок центра города обязательно возродится – как это бывало с ним на протяжении последних полутора веков неоднократно. И наверняка вновь полюбится как горожанам, так и гостям города.

Добавить комментарий

Ограниченный HTML

  • You can align images (data-align="center"), but also videos, blockquotes, and so on.
  • You can caption images (data-caption="Text"), but also videos, blockquotes, and so on.
  • You can use shortcode for block builder module. You can visit admin/structure/gavias_blockbuilder and get shortcode, sample [gbb name="page_home_1"].
  • You can use shortcode for block builder module. You can visit admin/structure/gavias_blockbuilder and get shortcode, sample [gbb name="page_home_1"].