Перейти к основному содержанию

GAMEBOY TETRIS: в Хельсинки нас слушают больше, чем в Пярну

GAMEBOY TETRIS.
Автор фото: Ксения Шабанова
В небольшой стране,  где количество жителей сравнимо с населением московского микрорайона, новости локального шоубиза распространяются крайне стремительно. Любой новый хит моментально ставится на репит на всех рейтинговых радиостанциях и исполнитель становится звездой корпоративов на ближайший год. Если артист готов нарабатывать музыкальный материал, в перспективе его имя вписывается в музыкальную историю Эстонии и начинает работать уже на самого артиста. GAMEBOY TETRIS - герой сегодняшнего материала «Столицы».

Марк Вегас

mark.vegas@stolitsa.ee

 

-Давай договоримся, как мне тебя называть. У тебя есть несколько псевдонимов.  

 

- Я хочу, чтобы везде фигурировало GAMEBOY TETRIS. Ну, а в какой-то личной беседе можно Павел, это нормально. Я думаю, что многие читатели поймут. 

 

- О тебе практически ничего не известно. Начнем с географии?

-Я родился в городе Хаапсалу. Для русского населения Эстонии это нетипично. Я прожил там до 12 лет и вырос уже здесь, в Таллине, в районе Ласнамяэ. В 12 лет переехал, потому что у меня есть еще два старших брата, их нужно было куда-то определять учиться.  

 

- Что привело тебя в музыку?  

 

Рэп-музыка – с ней была когда-то такая же, наверное, история, как и с роком. Запретов, конечно, не было, но её было мало. Людей, которые ей занимались, было очень мало, это было чуть ли не братство. Мы все старались держаться вместе. Например, нас было всего  четыре человека на школу. 

 

- Рок-музыкант, рэпер, почти всегда старается проговорить какие-то социальные вещи, редко поет о любви. Поэтика как раз скорее про войну с системой. Твои тексты, как они рождались, и кто был твоим вдохновителем в этом отношении? 

 

- В разное время - разные люди. Я думаю, в то время, когда я только переехал, я очень сильно болел группой «Рабы лампы». Была такая московская рэп-группа, где лидером был Грюндиг. 

- Он умер. 

- Да, он умер от передоза. Вообще, в принципе, все творчество он «торчал». 

- Ты себя считаешь состоявшимся в своем стиле или есть куда расти? 

 

- Конечно же, есть куда расти. Если приводить пример, то артист моего уровня где-нибудь в США - он бы сиял, скорее всего. У нас же музыкальная суперзвезда максимум может только накопить на квартиру. 

 

- Тебе бы хотелось двинуться со своим творчеством за пределы Эстонии?

 

- Мне, честно говоря, хотелось бы остаться здесь, хотя бы на то время, пока дети маленькие. Я бы не хотел сейчас дергать семью. Но мы рассматривали варианты поехать в Россию.  

 

- Расскажи, пожалуйста.

 

- Когда мы выпустили альбом «Катапульта», у меня было чутье, что этот материал может сработать в России. Какие-то старые связи остались - люди, которые держат различные  интернет-порталы, они еще в этой системе до сих пор работают. В общем, я всем раскидал свой материал. Чтобы ты понимал: у меня на то время абсолютно не было времени, у меня родился первый ребенок. С группой «5miinust» мы делаем около 80 концертов в год. 

 

- Прилично. 

- Да, это прилично. Плюс к этому всему еще прибавляются разные интервью, фотосессии и видеосъемки, и, конечно, музыку нужно как-то производить, на студию ходить еще при всем этом. Мне написали два продюсера из разных агентств в России, которые занимаются продвижением: «Круто, давайте пробовать, но для этого вам нужно сюда постоянно гонять. На первое время больших денег мы предлагать не можем. Вам нужно будет чуть ли не каждые выходные ездить сюда по всяким модным фестивалям, практически бесплатно там выступать, показывать материал». 

 

- Делать себе там имя?

 

- Да, то есть это буквально с нуля. А у меня уже ребенок родился, я себе не могу позволить работать бесплатно. Дорогу они, наверное, бы оплачивали, но мне же здесь нужно как-то обеспечивать семью и оплачивать счета, поэтому я даже не стал смотреть в эту сторону. 

 

- Музыка в Эстонии тебе позволяет прокормить себя и твою семью? 

 

И даже что-то откладывать. Когда-то я даже не мог себе этого представить, но на самом деле это так. 

 

- Ты работаешь только на себя или кому-то еще помогаешь с музыкальным материалом? 

 

- Не помогаю никому. Когда-то, когда были времена похуже, у меня было время и нехватка денег. Тогда я помогал другим. 

 

- Какие перспективы у эстонской музыки? Как она может развиваться?

 

- Конечно, она не выйдет за рамки. Если делать музыку на эстонском языке, она здесь и  останется. Кому это еще нужно? Другое дело, что уровень растет. Сейчас мы делаем проект с Universal Music Finland. То есть это уже Финляндия, нас будут продвигать. Еще, допустим, может быть несколько лет назад, таких возможностей не было.   

 

- В Финляндии достаточно мощный продакшн, они умеют и могут. 

 

- Да, все растет. Сейчас люди начинают на стримах, на прослушиваниях зарабатывать. Если у нас еще 10 лет назад весь музыкальный бизнес был черный, просто деньги в конвертах, а это так и было, то сейчас официально через интернет-площадки все высчитывается. Каждый артист получает ровно столько, сколько его слушают. Все честно. 

 

- Такая система устраивает артиста? Ты защищен? 

 

- Да, я защищен. А наша организация Eesti autorite ühing довольно мутная...

 

- К ним у многих претензий, не так ли?

 

- Во-первых, у меня нет полномочий, чтобы высчитать, сколько я там заработал. Допустим, давай прикинем: у моих групп вышли две главные песни этого лета в нашей стране, которые играли на всех радиостанциях. За это мне пришло 280 евро за квартал.  Но я думаю, что там совсем другая сумма должна быть. С ними уже судятся артисты. Танель Падар, ещё несколько крутых имен. Они даже суд выиграли какой-то европейский. 

 

- У тебя был дуэт с Nublu. Я не знаю, есть ли он сейчас. Расскажи мне, пожалуйста. 

 

- Наш творческий дуэт только начинается, как мне кажется. Именно сейчас мы пишем новый совместный материал и очень много гастролируем. Это обычно закрытые мероприятия в Таллине каждую неделю всего по два раза. Они в хороших местах, куда приходят приличные люди. У нас был концерт в KUMU. Еще нас приглашают в оперный театр на какие-то корпоративы для очень больших государственных фирм. В театр «Эстония» нас тоже приглашают, там будет Tallinna Keskhaigla. Это корпоратив городской больницы. 

 

- Вы, получается, очень модные парни? 

 

- Да, для всех возрастов. Мы делаем акустику, для взрослых. Конечно, лучше прокатывает, когда у нас сзади бит играет, это качает молодёжь. Тогда им намного легче слушать. А когда мы делаем акустический вариант, то прямо чувствуем себя музыкантами наконец-то. 

 

- Феномен популярности таких людей, как Nublu и Томми Кэш, чем бы ты мог объяснить, с точки зрения коллеги по цеху?

 

- Это абсолютно два разных артиста, настоящие противоположности. Томми Кэш - сто процентов визуальный артист. У него работает картинка, как он выглядит. Он очень эпатажный. Если ты посмотришь, он никогда, наверное, не снимал видео просто ради картинки у песни. 

Он никогда этого не делал, это ему неинтересно. Хотя в какой-то момент это делали очень многие - главное, чтобы визуализация была, и все. А этот чувак заморачивается очень сильно. Я давно в этом деле. Я видел как начинали все.

Сначала его никто не воспринимал всерьёз внутри жанра. Когда он появился? Может, лет пять назад. Зато теперь натаскался. А когда он только появился - так тогда волна такая пошла. Тогда были группы, он с одной волны. Die Antwoord, например, Little Big. Томми Кэш появился буквально через два года после них. Сейчас уже сложно найти того, кто о нем бы не слышал и мне нравится то, что он делает.  

 

- А Nublu?

- Nublu на самом деле талантлив музыкально, он очень круто пишет. Его замечают и отмечают эстонские поэты. Есть у нас такая передача, где собираются критики. Три эстонских музыкальных критика прослушивают новых артистов, они всегда приглашают какого-то гостя. Пригласили поэта. Я сейчас не помню имя, но пригласили поэта очень именитого. Он прислушался: «Ничего себе! Как он так вообще зарифмовал?». На самом деле в нем есть художественная ценность. 

 

- Как вам Нарва? Вы летом там выступали на Station Narva. 

 

- Нарва - очень круто. Конечно, грустно было, в некоторых моментах, когда мы снимали «Оксану» возле Кренгольма. Сцена, где Nublu встречается с Оксаной во время салюта. Пока они целуются у меня было свободное время тогда, час где-то. Я был голодный и искал какое-нибудь место поесть, пирожок купить, или какое-нибудь кафе, неважно. Сорок минут я бродил вокруг. Там ничего нет, нет людей. Всё было закрыто, и мне так грустно стало. Ты смотришь на город, он архитектурно, красивый. Дома красивые, но заброшенные. 

 

- Сам фестиваль Narva Station похож на что-то европейское? Вы же много где выступаете. 

- , конечно. Наверное, Tallinn Music Week начали этот тренд, по крайней мере, у нас. Они даже в Европе, я думаю, родоначальники, как один из шоукейс-фестивалей. Далеко после Tallinn Music Week появился Moscow Music Week, который является его точной копией. 

 

- Фестиваль стал брендом? 

 

- Да. Они сначала сделали Tallinn Music Week в Москве. Степан Казарян делал. Ездила Мария Минерва, еще какая-то группа. Мы с этой делегацией, где были Хелен Силдна, Ингрид Кохтла. Это была отличная компания, чтобы продвигать и показывать эстонскую музыку в Москве. Эстонская делегация тогда всячески старалась тогда вписать в лайн-ап Томми Кэша, но в России его никто не знал и принимающая сторона несколько раз отказывалась и соглашалась только на нас. В то время моя первая группа называлась «Горы лана». И нас утвердили. 

 

- Как приняли? 

 

- Отлично, приняли очень хорошо. Когда ты едешь на альтернативный фестиваль, от тебя не ждут, что ты прямо будешь как-то раскачивать. Мы выступали вместе с 1/2 Orchestra. Это духовой оркестр, чтоб ты понимал. Таким составом нас принимали всегда очень хорошо. И зрители не обязательно должны прыгать. Ты приехал с альтернативной музыкой на альтернативный фестиваль. Люди смотрят на тебя, чтобы получить что-то новое. 

 

- Если взять некий временной отрезок и представить на нём старт твоей карьеры, то где-то, наверное, будет и закат. Где находишься сейчас ты, и с какой скоростью ты двигаешься? 

 

Наверное, последние три года эта скорость нереально высокая. Я же занимаюсь музыкой почти двадцать лет. Моей первой группе уже исполнилось восемнадцать лет, а до этого я с другим составом начинал и пытался работать. Очень долгое время у меня вообще не было денег, я просто стучал в эту стену. Много-много- много лет стучал, стучал, стучал. И только последние пять лет я профессионально занимаюсь музыкой. Мне платят за то, что я делаю, нормально платят. Платили и раньше, но этого никогда бы не хватило на то, чтобы содержать семью. 

- Из восемнадцати лет тринадцать ты потратил на то, чтобы достучаться? 

Да. И знаешь, что нужно было сделать? Перейти на другой язык!

 

- Эстонский? 

 

Да. 

 

- Как тебе дается поэтическая часть на эстонском языке? Богатый лексикон должен быть, чтобы что-то зарифмовать. 

 

- Очень сложно. Я часто сталкиваюсь с этой проблемой, когда понимаю: на русском у меня есть какая-то строчка, она мне очень нравится, просто очень, и я не могу ее никак перевести, чтобы сохранился этот изюм. Я не могу это так перевести. Приходится консультироваться с носителями.

 

- Жена помогает? 

 

- Нет, жена не помогает, но мне с двумя детьми дома очень сложно заниматься музыкой. Иногда бывает такое: что-то щелкнет. Думаю, вот, сейчас возьму и куда-нибудь в другую комнату зайду за стенку и запишу. Начинаю записывать и дети налетают. Мысль теряется.

 

- Англоязычный материал? 

 

- Даже не хочу думать об этом.

  - У финнов все очень хорошо с финским языком в музыке, они свои группы отлично продвигают, и, что характерно, их на финском нравится слушать и за рубежом, они популярны. Я предполагаю, если вы начнете выпускаться в Финляндии, то для вас откроется совершенно новый рынок, как минимум еще две страны.  

 

- Да. Сейчас мы отслеживаем статистику на YouTube и Spotify. Нас слушают в каком-нибудь Турку, небольшом городе в Финляндии, больше чем в Пярну. 

В Хельсинки нас слушают так же, как и в Тарту, например. Если не больше. Там очень много эстонцев. Ну, и финны тоже слушают. Когда мы с 5miinust ездим в Финляндию, у нас так получается, что мы попадаем абсолютно на эстонские вечеринки. Ты едешь в Хельсинки в абсолютно на сто процентов эстонский район, в клуб, где собираются только эстонцы, и выступаешь.  

 

- Создание музыки, аранжировки - как у тебя происходит процесс написания и обработки?

 

- Это работа с музыкальным продюсером.  Я стараюсь его направлять. Мы работаем таким образом, что когда у меня возникает какая-то  мысль, я сразу понимаю кто это мог бы быть, с кем можно было бы конкретную идею воплотить. Я пишу этому человеку и говорю: «У меня такая мысль», и мы начинаем с ним работать с нуля. Он мне присылает первый черновик, я его начинаю поправлять.  Или второй вариант: иногда мне присылают сразу готовую музыку, которую можно уже структурировать и писать слова. 

 

- Как ты себе это слышишь и видишь? 

 

- Да, я это слышу. Когда более или менее что-то вырисовывается, я начинаю записывать слова. Слова я сначала записываю на тарабарском. Там слов, по сути, и нет. Там просто ритмический рисунок. Партнер начинает подстраиваться, и вот так потихоньку, по кирпичику получается песня. 

 

- Можешь выделить кого-то из продюсеров, чьи работы  тебе нравятся?

 

- Я бы выделил LOWK,  ONYX, Sander Mölder, MIKU, Photoindustries!

 

- В наше время модно делать какие-то тандемы с кем-то из уже глубоко профессиональных звезд. Не поступало ли каких-то предложений ?

 

- Поступают, но, честно говоря, я очень трепетно к этому отношусь. Мне не хочется начинать в какой-то проект только потому, что артист именитый и известный. Например было предложение от одной популярной  эстонской певицы, показавшей неплохие результаты на конкурсе «Евровидение». Эта певица, по-моему, более известный музыкант, чем я. Фактически это было, наоборот, предложение сверху вниз. Но мне песня абсолютно не понравилась. В то же время мне предложили сделать песню с одной эстонской группой. Это очень крутая эстонская рок-группа, довольно авангардная рок-группа, и с ними я, скорее всего, сделаю общий проект.

Добавить комментарий

Ограниченный HTML

  • You can align images (data-align="center"), but also videos, blockquotes, and so on.
  • You can caption images (data-caption="Text"), but also videos, blockquotes, and so on.
  • You can use shortcode for block builder module. You can visit admin/structure/gavias_blockbuilder and get shortcode, sample [gbb name="page_home_1"].
  • You can use shortcode for block builder module. You can visit admin/structure/gavias_blockbuilder and get shortcode, sample [gbb name="page_home_1"].