Перейти к основному содержанию

Документальный кинематограф перерос отведенную ему нишу

Филипп Круусвалл.
Фото: Борис Тух
Так считает руководитель программ Таллиннского международного кинофестиваля Docpoint Филипп Круусвалл. Мы ведем с ним диалог об итогах Docpoint, который в этом году прошел в 15-й раз, и о кинодокументалистике в целом.

Борис Тух

stolitsa@tallinnlv.ee

Обычно фестиваль завершается объявлением лауреатов. У Docpoint – своя традиция. «Конкурса у нас нет. Но уже в пятый раз мы присудили премии молодым режиссерам документального кино. Большинство международных фестивалей учреждают премии за дело всей жизни, которые вручаются людям, десятилетиями вносившими большой вклад в развитие кинематографа. А мы, напротив, премируем молодых, которые уже успели открыть новые горизонты в кинодокументалистике», — начал свой рассказ Филипп Круусвалл.

В этом году были присуждены сразу две премии – автору фильма «Солнечное время» Лийз Нимик и Анне Хинтс, чье «Сестринство бани по-черному» уже успело триумфально пройти по кинофестивалям многих стран.

— Тем не менее Анна Хинтс отвечает положению о премии молодому автору?

— Да, ведь «Сестринство бани по-черному» - ее дебют в большом документальном кино. Лийз Нимик – тоже не новичок в кино, она продюсер, сценарист и редактор ряда картин, но в качестве режиссера дебютировала в 2023 году. Кстати, она – продюсер с эстонской стороны открывавшего фестиваль совместного финско-эстонского фильма режиссера Юхи Суонпяя «Ilvesmees».

История лесного отшельника

Если название буквально перевести на русский язык, получится что-то вроде «Рысечеловек». Герой картины Ханну одиноко живет на заброшенном в лесу хуторе. Его окружение – лесные животные, с которыми он существует в полной гармонии, подкармливает их, снимает на расставленные им в лесу камеры слежения.

— Особую симпатию у него вызывают рыси, каждой из них он дал имя, о каждой может рассказать...

— Юха Суонпяя приехал на Docpoint вместе со своим героем. И мы убедились, что Ханну – вовсе не такой уж отшельник-лесовик, каким он показался в фильме. Он – очень артистичный человек, с хитринкой, прекрасный рассказчик. Видно, что он понимал, чего от него надо режиссеру, и успешно подыгрывал ему.

— Я был не на всех сеансах, но на тех, на которых побывал, в зале если и можно было найти свободные места, то с трудом. Выходит, зрителя интересует документальное кино?

— Да, посещаемость Docpoint была весьма достойной. Было продано около трех с половиной тысяч билетов, что для фестиваля, проводившегося в небольших залах «Артиса» и «Сыпруса» - неплохой показатель. Не всегда зал бывал полон, но что полупустых залов не было – ручаюсь.

Фестиваль растет

— Заметно ли изменился фестиваль за 15 лет своего существования?

— C одной стороны, перемен вроде бы не так уж много. Первые фестивали длились три дня. Но уже не первый год он проходит со вторника по воскресенье. Мы не ставим себе цель слишком уж разрастаться, хотим сохраняться в наиболее дружелюбном для зрителей формате. На гигантских фестивалях, раскрыв увесистый каталог, теряешься, глаза разбегаются: все, что хотелось бы посмотреть, просто не успеваешь. А у нас зритель спокойно может выбирать.

А если серьезно – изменилось зрительское отношение к документальному кино. Когда мы начинали, его смотрели мало. Это был нишевой жанр. За 15 лет он успел перерасти свою нишу. Документальные фильмы широко показываются идут на стриминговых платформах. На Берлинале 2023 года «Золотого медведя» получила документальная картина француза Николя Филибера «На Адаманте». И в Эстонии «Деву Маали» уже третий раз подряд выигрывает документальный фильм.

Жанров в кинодокументалистике много. Очень распространены фильмы-портреты. Но все большее внимание привлекают публицистические документальные ленты, поднимающие наболевшие социальные проблемы. В этом смысле хороший пример фильм режиссера Мартти Хельде «Vara küps» («Имущество созрело»), о том, в каком критическом состоянии находится наше лесное хозяйство. Он сделан по-журналистски, в нем много интервью – и в то же время он хорош в визуальном плане.

— Как вы отбирали фильмы на Docpoint?

— К сожалению, мы не Sundance, который каждый год получает до двух тысяч заявок – и у которого, как и у многих других фестивалей, есть международная команда, отсматривающая фильмы, претендующие на участие. Отбор ведем мы в сотрудничестве с финскими коллегами, ездим по фестивалям, отсматриваем картины – за год несколько сотен набирается.

Режиссер, ставший волонтером

— Филипп, как уже вы сказали, лауреатов Docpoint не определяет, и все же есть картины, которые особо хочется отметить. Расскажите о собственных впечатлениях.

— Начну с двух фильмов об Украине. Первый из них, «В зеркале заднего вида», снят польским режиссером Мачеком Хамелой. Режиссер сам же и участник событий, о которых речь идет в фильме. Хамела на своем минивэне вывозил беженцев из районов боевых действий, и его пассажиры рассказывали ему о себе, о своих семьях, о том, как война заставила их покинуть родные дома и искать спасение. Съемки велись в машине; формат, казалось бы, крайне неудобный, но какие поразительные, берущие за душу откровения мы слышим!

— Да, эта картина – потрясающий человеческий документ. Для меня она в чем-то перекликается с показанным на PÖFF минувшей осенью фильмом Виталия Манского и Евгения Титаренко «Восточный фронт». Там речь шла о работе волонтеров-»госпитальеров», которые вывозили раненых с поля боя, и Титаренко сам был одним из волонтеров.

Автор картины «В зеркале заднего вида» Мачек Хамела тоже волонтер, приоритетом для него стало спасение людей, стремившихся быть дальше от войны и уберечь своих детей, вначале он и не собирался снимать об этом фильм, картина получилась спонтанно, из рассказов пассажиров. В зеркале заднего вида возникали разбомбленные строения, изрытая воронками земля, остовы сгоревшей бронетехники. А в объективы – судьбы обездоленных. Это поразительный документ, в нем нет никакого пафоса, только страшная реальность – и он действует несравненно сильнее, чем лозунги и призывы.

Другой фильм, который вы сейчас назовете, насколько догадываюсь, это «Киевские файлы»?

— Да, картина нидерландского документалиста Вальтера Стокмана. В 2015 году были открыты архивы украинского КГБ, и люди получили возможность ознакомиться с досье, которые составляли на них спецслужбы. Стокман взял для своего фильма три сюжета. Один связан с семьей диссидентов, которые подвергались жестокому преследованию за свои взгляды. Второй – история двух голландцев, которые в 1961 году отправились на машине в Украину; у них действительно было задание от западных спецслужб, КГБ узнало об этом, установило за туристами слежку и, чтобы ввести их в заблуждение, а заодно поймать на фотографировании запрещенных объектов, соорудило ложную базу танкового полка.  Туристы получили от «самого гуманного в мире» (см. «Кавказскую пленницу») советского суда по 13 лет, но через два года были обменены на задержанных на Западе советских агентов. Третья история…

— … Яркий пример паранойи, мании преследования, «охоты на ведьм» и пр. Французская студентка с украинскими корнями, Регина Шыврак,в конце 1960-х  приехала во Львов навестить дальних родственников. КГБ почему-то заподозрило в ней шпионку, занесло в досье под кодовым наименованием «Куртизанка» и приставила к ней молодого человека по имени Богдан, который обязан был вступить с девушкой в близкие отношения и обо всем докладывать. Показательно, что когда авторы фильма показали «Куртизанке», ныне доживающей свой век во французской провинции, вытащенные из досье интимные фото, старушка отнеслась к ним с юмором – и, кажется, ей было приятно вспомнить молодость. А вот Богдан встречаться с кинематографистами отказался.

— Еще одно яркое впечатление – фильм канадца Кристофера Хервига «Советские автобусные остановки». Хервиг проехал более 30 000 километров по дорогам бывших республик Советского Союза, знакомясь с такими архитектурными формами, как автобусные остановки. Разнообразие их форм безгранично: купола, колонны, арки, треугольники, некоторые павильоны были выполнены в виде птицы, шляпы или среднеазиатской юрты. Этот фильм – увлекательное road movie, с интересными встречами: Хервиг даже интервьюировал Зураба Церетели, первыми образцами зодчества которого были разноцветные ракушки-павильоны в Абхазии.

А вообще всего увиденного не перечислишь и не перескажешь. Ведь Docpoint – это срез состояния мира. Здесь и красота, и природа, и боль от тех ужасов и преступлений, которые ежесекундно творятся на свете.

Уроки мастера

— И тем не менее – что для вас было самым важным на фестивале?

— Безусловно – мастер-класс выдающегося британского кинодокументалиста Марка Казинса, в картинах которого сплетаются действительность, фантазия и магический реализм. И еще хочу сказать о показанном в последний день поэтическом фильме индийского режиссера Сиимоя Сингха  «Навстречу счастливым аллеям». Эта картина – словно объяснение в любви иранскому кинематографу. Ее автор приезжал на фестиваль, и встреча с ним была удивительной.

Сиимой Сингх, киновед с докторской степенью и режиссер, говорил о судьбах знаменитых иранских режиссеров Джафара Панахи, Аббаса Киаростами и поэта и кинорежиссера Форогха Фаррокхзади. В фанатичном исламском обществе им не позволяют творить. Мы многое узнали из рассказа Сиимоя Сингха о современном Иране, о противоречии между его древней и великой культурой и фанатизмом исламских властей.

Ради картины мира, которая возникала на экране в эти дни, ради встреч с прекрасными людьми стоит делать подобные фестивали!